Великая Четыредесятница. Великой она называется не только потому, что это славянское слово означает «большая», но и великая в том смысле, который мы понимаем: великое свершение, великое дело, великий путь предстоит православному христианину, если только он найдет силы понять это в течение семи ближайших недель. Для чего мы предпринимаем эти, как в Церкви говорят, подвиги? Не слишком ли это высокопарно? Не слишком ли это привычное, пафосное слово, а на самом деле — обычай, традиция, усилие определенное, предпринимаемое человеком, находящимся в Церкви? На самом деле, это совсем не так. Цель Великой Четыредесятницы действительно велика. Мы в прокимне сегодня слышали: «Взыщите Бога, и жива будет душа ваша… Не отврати Лица Твоего от отрока Твоего…» Самое страшное, что может быть с христианином, — это если Господь отвратит от нас Свое Лицо, если прервется эта связь Бога и человека. И наша задача, главная задача Великой Четыредесятницы — это внимательно посмотреть на свою жизнь, в свою душу, в отношения между нами и другими людьми и понять, что же препятствует этой великой связи нашей души и Господа Бога, что препятствует этой самой главной цели нашей жизни. И итогом Великой Четыредесятницы должно быть уничтожение всех средостений между нашей душой и Богом, восстановление этого общения между нами и нашим Небесным Отцом. Надо об этой цели всегда помнить, всегда ее осознавать, не упускать ее из вида, тогда и каждый день (если мы каждый день будем об этом помнить) будет наполнен и смыслами, и совершенно конкретными задачами.
И в первую очередь, что и подсказывает нам церковная традиция, нам надо посмотреть на свои взаимоотношения с ближними. И если эти отношения не соответствуют евангельским заповедям, не соответствуют духу любви христианской и правды Божьей, то надо самым решительным образом эти отношения изменить. Вот для чего и установлено Церковью сегодняшнее духовное действо — Прощеное воскресенье.
Есть люди, перед которыми мы согрешили совершенно конкретными, явными, ясными для нас грехами. Есть множество людей, которых мы ранили, даже не заметив этого. Есть еще большее количество людей, перед которыми согрешили мы, казалось бы, незаметно для них самих, но очевидно — для нашей души. Это, например, когда мы осуждаем наших ближних. А перед Богом это те самые средостения, которые становятся между нами и Ним. Мы и совершаем предательства в отношении заповедей Христовых, и восхищаем те суды Божьи, которые совершенно не переданы нам. Это не наше, это Божье.
Кроме этого, есть еще один образ взаимоотношений между нами и другими людьми, о котором часто спрашивают наши прихожане. Это когда произошли какие-либо, как правило, предательства, поступки крайне неприятные по отношению к нам, и мы этого человека и любим (это может быть и сын, и дочь, и какой-то близкий человек), и в то же время мы изменяем к нему свое отношение, дистанцируемся, к примеру, от него, высказываем ему тем или иным способом свое отношение не к нему, а к его поступку… У этого человека тоже просить прощения? На это нет однозначного ответа. Иногда отец или мать отдаляют от себя сына или дочь для его же пользы. Это тоже наказание, которое является научением (по-славянски наказание — это научение). Лишь бы только в сердце человеческом, в сердце того, кто решился на такой поступок, не было злобы, неприязни. Здесь уже сам человек должен смотреть с рассуждением, нужно ли ему в данном случае идти навстречу ему, человеку, которого он хочет вразумить, пусть даже иногда молча, исправить, или, как это сделал отец в притче о блудном сыне, мудро ждать, что этот блудный сын сам в конце концов к нему придет, и тогда даровать и ему, и себе прощение. Все это непросто. Но очевидно совершенно одно: если человек просит у нас прощения, пусть даже за те грехи, которые нам неведомы, а он в себе это ощущает, православный христианин должен — не по понуждению, а по искреннему желанию своего сердца — простить человека и порадоваться тому, что ближний его был мертв для него, а теперь нашелся…
Дай Бог, чтобы цель Великого поста всегда была горящей в нашем сердце. Единение с Богом — чего мне для этого не хватает? что мне для этого нужно? что мне надо исправить в самом себе? как мне надо поступить? Это наша молитва и наша цель для каждого дня Великой Четыредесятницы. И тогда, дай Господь, мы к цели поста, к дню Светлого Христова Воскресения очень и очень во многом разберемся сами в себе, исправим немало наших ошибок и заблуждений, сможем искоренить в себе иногда столь любимые, но пагубные в нас пристрастия. Дай Бог, чтобы произошло именно так. Три недели мы с вами слышали здесь, в церкви: «Покаяния отверзи ми двери, Жизнодавче…» Вот эти двери отверсты сегодня. И только от нас теперь зависит, найдем ли мы силы, мужество, терпение и желание войти в эти двери и соединиться со Христом. Аминь.